home | login | register | DMCA | contacts | help | donate |      

A B C D E F G H I J K L M N O P Q R S T U V W X Y Z
А Б В Г Д Е Ж З И Й К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Щ Э Ю Я


my bookshelf | genres | recommend | rating of books | rating of authors | reviews | new | форум | collections | читалки | авторам | add

реклама - advertisement



Глава 19

Стрелы этого дня

С горы Гаргетта открывался великолепный вид на Афины – город раскинулся, как красивая игрушка на столе великана. Отсюда, с высоты, не рассмотреть было отбросов и грязи, прохудившихся заборов и облупленных стен, уродства, злобы, нищеты и несправедливости. Можно было отдаться мечтам и представить, что их не существует вовсе. Но огромные бронзовые барельефы на крыше Дома Богинь Вихря назойливо лезли в глаза, как ком грязи на белой простыне, их прекрасно было видно и отсюда.

Эант смотрел не на них, а на море, усеянное плавно скользящими над голубой водой разноцветными парусами. Он все-таки раздобыл меч и то и дело касался его рукой, но рассматривать не решался – боялся, что Назер отберет.

– Красиво, правда? – спросил Назер, и кто-то кивнул. Вокруг стояли еще человек десять, опиравшихся на копья и топоры. – Куда ты смотришь, Эант? Ты вон туда посмотри – не берут его ни годы, ни бури…

На желтом песке чернел накренившийся на левый борт старый корабль, отсюда, с горы, расстояние, отделявшее его от воды, казалось ничтожным, он словно готов был сняться и поплыть, разворачивая испачканный кровью парус.

– Меня всегда интересовало, кто разнес ему борт, – сказал Назер. – Мидакрит, вы это сами сделали, верно?

– A кто же еще? – хмуро сказал Мидакрит. – Нужно было сразу разломать его на дрова.

– Ничего, успеем. Эант, отдай-ка меч Мидакриту, он ему привычнее.

Эант насупился, но Назер сам расстегнул перевязь:

– И нечего бычиться. Драться – дело нехитрое. Драться за умы – дело посложнее. И именно это именно тебе предстоит, так что не торопись лезть в свалку.

– Ага! – сказал кто-то. – Они готовы, Назер.

На окраине города, на фоне густой серебристо-зеленой листвы олив, посаженных вдоль дороги в Элевзис еще во времена царя Эгея, вспыхнул ослепительный солнечный зайчик. Погас, снова блеснул, и еще раз, и еще.

Назер отвинтил крышку цисты, осторожно вытащил стрелы. Наконечники налились багровым сиянием, казалось, они шевелятся – и люди отодвинулись.

Назер положил стрелу на тетиву. На его руках вздулись мышцы, он до предела натянул лук, помедлил, словно этот миг, проводивший борозду между прошлым и настоящим, борозду, которую невозможно уничтожить и никогда не забыть, имел свой вкус и запах, и его нужно было запомнить, вздохнув полной грудью. У Эанта замерло сердце в слабом ужасе, тишина была прозрачной и тяжелой.

То ли тетива выбросила стрелу в прохладный осенний воздух, то ли стрела сама рванулась вперед. Может быть, ей самой смертельно надоел за эти годы бронзовый сосуд, может быть, она на свой лад радовалась свежему воздуху и простору. Пронзительный свист вязнул в ушах, как попавшая при купании вода. Нестерпимо яркая алая искра, словно поджигающая в полете воздух, оставляла за собой огненную нить – казалось, ее увидят и слепые. Эта нить протянулась над дворцом и храмами, кварталами ремесленников и базарными площадями, садами и улицами, коснулась бронзовых гарпий, и крыша Дома Богинь Вихря провалилась внутрь, дымя и разваливаясь, взлетел столб желтого пламени, смешанного с черными клубами дыма, здание рассыпалось, как сложенный детворой из щепок домик. На улицах замелькали крохотные фигурки – люди бежали туда, где буйствовал огонь.

Назер наложил на тетиву вторую стрелу, и еще одна огненная нить протянулась над Афинами. Словно клок высушенного солнцем сена, вспыхнула казарма «гарпий» возле гончарных рядов. Теперь там и сям появлялись новые кучки людей, целеустремленно спешивших к заранее известной им цели, и предметы, которые они несли в руках, временами отбрасывали яркие блики – солнце играло на блестящих остриях мечей, топоров и копий.

– Давай! – азартно выкрикнул Эанг. – Там еще казарма, у фонтана!

Назер, натянувший было лук, внезапно повернулся и выпустил стрелу совсем в другую сторону, в направлении моря. Ослепительно сверкавшая нить пролегла над песком, алая искра коснулась старого корабля. Померещилось или правда было – над пустынным берегом пронесся стон бессильной злобы. Столб дыма потянулся к небу.

– Вот так, – сказал Назер. – Клянусь огнем, в мире и так достаточно падали.

Он вновь стал похож на очень красивого веселого сатира, белые зубы сверкали из буйной бороды, глаза смеялись, и по-прежнему было ясно каждому смотревшему на него, что земля велика и могуча, что ее хмельные соки кипят животворящей силой, что ни угасания, ни смерти – нет.

– Малыш, я вижу на твоем лице выражение триумфатора, – сказал он. – Рано, ты уж поверь. Всего лишь три столба пламени. Нам еще столько предстоит сделать. Особенно тебе – твоим оружием будет слово. Пошли?

Он поправил меч и стал спускаться с горы, и за ним двинулись другие. Эант заторопился следом. Впервые он не обиделся, когда его назвали малышом.

1985


Глава 18 Время и пирамиды | Провинциальная хроника начала осени | Примечания