home | login | register | DMCA | contacts | help | donate |      

A B C D E F G H I J K L M N O P Q R S T U V W X Y Z
А Б В Г Д Е Ж З И Й К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Щ Э Ю Я


my bookshelf | genres | recommend | rating of books | rating of authors | reviews | new | форум | collections | читалки | авторам | add



Лист 6

В случившемся шаге вперед была еще одна приятная сторона. Теперь они могли гулять вечерами по городу в обнимку. В последний раз такое случалось с Алексеем давным-давно, когда он ухаживал за бывшей женой. Он уже десять лет не вылезал из-за руля. Так уж сложилась его жизнь.

В общем, они неторопливо шагали по проспекту, обнимая друг друга за талии, и в нем просыпались какие-то смутные воспоминания. Вроде и здесь проходил когда-то, и здесь. Алексей чувствовал себя марсианином, попавшим на Землю.

А еще в голове у него родились определенные подозрения, о которых он благоразумно помалкивал. Если это, как говорила Оля, когда приглашала его в «Макао», девичник давних подруг, то почему они позвали его, а своих мужчин дома оставили? Тут не надо быть семи пядей во лбу. К тому же коварство женщин общеизвестно. Так что версия сформировалась быстро.

– Рассказала бы ты мне немножко о своих закадычных подругах, – сказал он. – Чтобы я что-нибудь невпопад не ляпнул, а то выйдет неудобно. Значит, у вас тоже команда?

– Ага. Вот уже десять лет. Одношкольницы, как ты говоришь, одноклассницы, одногруппницы. Ну, что тебе рассказать, чтобы не выдавать девичьих тайн? Майка со своим Степой живет года полтора. У них все по-настоящему, кроме штампа, но что-то они в последнее время начали и про него намекать, да и про ребенка. Однако Майке сначала нужно диплом получить, иначе выйдет ни к селу ни к городу. Если не считать отсутствия штампа, то прямо-таки дружная семья. Степе под сорок уже. Майкины родители сначала очень даже неодобрительно смотрели на их отношения, но со временем смирились, увидели, что все хорошо и надолго. У Тани чуточку посложнее. Они уже больше года вместе, но живут врозь. Разве что она у него иногда зависнет на недельку. Такой приходящий гражданский брак получается. Мы как-то верим, что они друг другу верность блюдут. А знаешь, почему так? – Оля с усмешкой посмотрела на него. – Потому что у Тольки комплексы. Таня говорит, у него уже раз десять готово было с языка сорваться «Давай жить вместе», а он все не решается. Развод был тяжелый. Я всех деталей не знаю, но, по данным разведки, там была такая стерва, что Толька надолго перепугался. Он в Тане не сомневается, у них там тоже все серьезно, но вот страшно ему с кем-то постоянно жить.

– Это бывает, – сказал Алексей. – Я сам таких знаю.

Слышал он кое-что краем уха. Ведь Шантарск и в самом деле – одна большая деревня. Там была не просто стерва, а в кубе. Мужик, можно сказать, с опаленной шкурой из-под ее каблука вырвался, так что ничего удивительного.

– А красивое ты все-таки кафе построил, – сказала Оля, когда впереди показалась вывеска «Макао», светившаяся желтым и зеленым.

– Ну, мое дело было десятое, – сказал Алексей, ничуть не рисуясь. – Чертил-то все это архитектор, а наша задача была куда проще.

– Все равно красиво получилось. А ты гордость испытываешь, когда смотришь на то, что построил?

– Как тебе сказать, – серьезно произнес он. – Тут не гордость, а что-то другое. Понимаешь, тут, на этом вот самом месте, был голый пустырь, где собачки писали и бичи стекломой жрали. А потом пришли мы, и вот что получилось. Долго еще стоять будет. Понимаешь?

– Да, вполне. А ты хотел бы построить что-то такое, на чем потом висела бы мемориальная доска? «Сие здание возводил А. В. Гартов».

– А ты бы хотела стать космонавтом?

– Хотела в детстве. А потом поняла, что это нереально.

– Вот так и здесь. Нереально. Не по моим скромным возможностям. И нет у меня таких амбиций, чтобы тосковать по мемориальным доскам. Хорошо делаем свою работу, вот и ладно. А согласись, получилось у нас все же неплохо. Разве нет?

– Согласна, еще как, – сказала Оля. – Уютно. Ага, а вон и они. Уже заметили нас.

Алексей посмотрел туда. Два кресла за четырехместным столиком пустовали. На него с нескрываемым любопытством смотрели две девушки. Одна сероглазая, с коротко стриженными пышными волосами, русая. Вторая чем-то ему напомнила Лауру Бенетти, жену их разлюбезного итальянского компаньона. Было в ней что-то от итальянки – черные волосы ниже плеч, тип лица, карие глаза.

Особым знатоком человеческих душ Алексей себя не считал, но об этих особах кое-что мог сказать уже сейчас. Русая – стопроцентная проказница и приколистка, а вот черненькая посерьезнее будет. Бывают такие женские типажи, суть которых понятна сразу.

– Знакомьтесь, – сказала Оля, когда они сели за стол. – Это и есть Алексей, великий шантарский строитель.

«Ага, – подумал он. – Стало быть, она им уже кое-что рассказала про меня».

– А это правда, что вы «Макао» строили? – спросила черноволосая барышня.

– Да вот, сподобился, – ответил он. – Как вам, ничего получилось?

– Очень даже ничего. Я Таня.

– А я Майка, – сказала русая девушка. – И никак иначе! За «Майю» я сразу из рогатки убиваю. Вот почему-то не нравится мне такое имя.

– Я обязательно учту это, – сказал он и понял, что не ошибся.

Судя по тому, как Майка лукаво прищурилась, сейчас что-нибудь последует.

– Ага, – сказала она. – Значит, это вы таксистом прикинулись и Олю в машину заманили? Коварный вы человек, я погляжу.

– Да ну, в пределах средней нормы, – заявил Алексей ей в тон. – Главное, что никто не в обиде. Правда ведь, Оля?

Она ответила ему чересчур уж пылким взглядом, явно на публику работала, так что таять не стоило, это для них, а не для него. В общем, понятные были девочки, определенно не дуры и, главное, без буковок в глазах. Единственное, что его самую-самую чуточку царапнуло – обе они были одеты лучше и дороже Оли, хотя и ничуть не безвкусно, вполне стильно. Золотишко у них имелось не в пошлых количествах, но и не убогое. Ему захотелось, чтобы Оля была одета не хуже. Технически это устроить нетрудно, а вот как уговорить ее прямо сейчас, когда совсем серьезных отношений у них нет, пусть и прозвучало очень приятное слово «пока»?

«Да что это со мной такое происходит? – подумал он. – Давненько уже меня такие вещи не заботили».

– Была у одного прораба в хорошем фильме коронная фраза, – сказал Алексей, чтобы непринужденно начавшаяся беседа не забуксовала. – Значит, такое предложение…

– «Кин-дза-дза», – моментально догадалась Майка.

– Ага, – подтвердил он. – Значит, такое предложение. Хотите, расскажу совершенно реальную историю про то, как в прошлом году «шестисотый» «мерс» выступал в роли такси?

– Серьезно? – спросила Таня.

– Абсолютно реальная история, – сказал Алексей. – Чем хотите клянусь. Только вот что. Может, я сначала бутылочку шампанского закажу?

Майка уставилась на него с тем же лукавым прищуром и осведомилась:

– Это просто так или вы на нас купеческим шиком впечатление производите? Шампанское здесь хорошее, но дорогущее.

– Просто так, – сказал Алексей. – Нам с Олей с утра шампанского хочется.

– Ну, тогда валяйте, – заявила Майка.

Когда официантка принесла бутылку, ловко откупорила и мастерски разлила, они чокнулись за знакомство, и Алексей начал рассказ:

– Значит, прошлый год, золотая осень, набережная. Сами знаете, там вечно народ на парапете сидит и пиво из горлышка потребляет. Ну вот. Картина такая: вдоль набережной не спеша ползет громадный черный «мерс», из тех, что в народе кличут амбарами. Останавливается у одного такого пивопивца, и вылезают из него четверо классических новых русских. На всех черные польты до пят, белые шарфы длиннющие, гайки в полкило. У одного из кармана вообще пистолет торчит, между нами, газовый и незаряженный, но вид внушительный. Смотрят они на человечка, пьющего пивко, и один из них просительно так говорит с типично бичевской интонацией: «Вы бутылочку не выбрасывайте, пожалуйста». У человека происходит разрыв шаблона. Он не понимает, на каком свете находится. Однако это еще цветочки. Когда они отъехали и с другим фокус повторили, тот на них посмотрел дикими глазами, сунул им нераспечатанную бутылку пива и припустил бегом вдоль набережной. Догнали его ребята, извинились. Бутылку вернули, конечно.

– Хороши шуточки у вашей братии, – заявила Таня, покрутила головой, но засмеялась искренне.

Что же до Майки, она, как в народе говорят, закатилась хохотом со всей непосредственностью. Оля тоже смеялась. Он ей эту историю еще не рассказывал.

– Серия вторая, – сказал Алексей. – Компания прилепила на «мерс» самый натуральный таксистский гребешок и поехала искать пассажиров. На малой скорости, у обочины. Только народ от них шарахался на всякий случай, смотрел дико. Тут бросается к ним бабулька сельского облика с чемоданом, узлом и вопрошает: «Сыночки, до вокзала не довезете?» Тут уже у них на секундочку произошел разрыв шаблона, но опомнились тут же. Дескать, об чем разговор, бабуля? Устраивайтесь. «А дорого возьмете?» – интересуется старушка. Ребята ей отвечают: «Да ни копейки. У нас мэр новые маршрутки запускает. Мы сейчас как раз их осваиваем, еще неделю с пассажиров денег брать не будем». – «Ну так дай ему Бог здоровья, – говорит бабуля и интересуется: – Это что же, японский автобус? Я таких у нас в райцентре и не видела». – «Японский», – отвечают ребята. «Вот умеют же делать эти косоглазые, – грустно говорит бабуля. – Что же мы-то так не можем?»

– Довезли?.. – еле выговорила сквозь смех Майка.

– Да, конечно, – ответил Алексей. – Все честь честью. Только какие лица у народа были на вокзале, когда бабуля на этаком амбаре подъехала, а ребята в черных польтах за ней узел с чемоданом понесли. Искупили шутку над пивопивцами, а?

– Искупили, – смеясь, сказала Таня.

Как-то незаметно на столе появилась вторая бутылка шампанского.

Алексею было с ними легко. Девчонки и в самом деле оказались неглупые, с юмором, особенно Майка.

Именно она и поинтересовалась, бывают ли на стройках смешные случаи. Тут пришло самое время рассказать историю с газобетоном, призвав Ольгу в свидетели.

Алексей украдкой глянул на часы, убедился в том, что прошло минут сорок. Вполне достаточно для реализации коварного замысла этой очаровательной троицы.

Он чуть приподнялся над стулом и сказал:

– Девчонки, я выйду ненадолго. Курильщик жуткий, уши уже опухают. Оля, ты ведь меня отпустишь?

– Конечно, – сказала она как-то очень уж сговорчиво.

Он вышел на улицу, свернул на угол, к урне, откуда сквозь высокое окно прекрасно видел столик, за которым сидели девушки. Разговор там шел оживленный, но спокойный. Высказывались больше Майка с Таней, а Оля слушала их.

Алексей ухмыльнулся. Его подозрения полностью подтверждались. Зря женщины думают, что они самые коварные существа на свете.

Он выкурил еще одну сигарету, чтобы подружки успели наговориться, и вернулся. Как Алексей и думал, девчонки при его появлении моментально замолчали.

Вечер прошел отлично. Они сидели в «Макао» до закрытия. Майка с Таней охотно смеялись его шуткам, не терялись, когда разговор переходил на темы посерьезнее. Первые впечатления Алексея подтвердились полностью. Девочки неглупые и с юмором.

Потом Алексей с Олей посадили их в такси и остались на тротуаре.

– Пройдемся, конечно? – спросила девушка.

– Конечно, – ответил он.

От «Макао» до ее дома не было и километра. В такую погоду вовсе уж глупым барством, тем самым купеческим шиком было бы ловить такси. Их поджидал темный подъезд, где Алексей, применив солдатскую смекалку, давно приловчился выкручивать лампочку на первом этаже. Попрощавшись с Олей, он честно вкручивал ее назад.

Она видела, что он медлит, взглянула на него чуть недоуменно и предложила:

– Пошли, да?

– Минутку подожди, – сказал Алексей и точно рассчитанным маневром деликатно оттеснил ее в местечко потемнее. – А теперь, Ольга Петровна, сознавайся в коварном замысле.

– В каком таком? – спросила Оля невиннейшим тоном.

– Не виляйте, Штирлиц, ваши отпечатки на чемодане русской радистки. Ты же меня подругам показать привела.

– Клевета.

– Да? А с каких это пор на якобы девичник мужика приводят? Оля, по-твоему, я просто так покурить вышел? Я же вас в окно видел. Тут же началась оживленная дискуссия, причем говорили они, а ты слушала. Ну и что скажешь под давлением неопровержимых улик?

– Ну, если под давлением… – Она делано вздохнула. – Ну да, привела. Девчонкам было очень интересно. – Ольга чуть помолчала и еще более наигранным жалобным голосом поинтересовалась: – Ты меня бить не будешь? Должен ведь знать, что девушки любят поболтать на такие темы. Закадычные подруги боятся за меня, не хотят, чтобы я в плохие руки попала. Вот ты меня разве не показывал своим?

– Ты не передергивай, Ольга Петровна, – заявил он. – Я тебя, можно сказать, показывал попутно. Помимо шашлыков. Ведь не ради тебя туда все поехали. А вот ты меня – умышленно. Ладно, это все пустяки, сердиться совершенно не за что, а уж бить тебя может только извращенец. Да и знаю я сто лет, что у вас, женщин, есть такая привычка. Тут ты права. Скажи лучше, что обо мне подумала общественность в лице старых подруг.

– Не скажу.

– Будут пытки, – пообещал он.

– Прямо здесь? Центр города, милиция ходит.

– А почему ты решила, что коварство только женщинам свойственно? – с усмешкой осведомился он. – Будет на тебе несколько жутких засосов. Вот и представь. Идет милицейский наряд, а ты к нему кидаешься с воплем: «Товарищи, спасите, меня пытают!» Посмеются они от всей души.

– Пошляк ты, Лешка!

– Я любопытный, – сказал он. – Ты же «Лермонтовку» кончала, тебе ли аглицких пословиц не знать? Любопытство губит кошку. Нет, серьезно. Я рассказал, что наши о тебе думают. Теперь ты, как честный человек, должна ответить тем же.

– А ты возгордишься!

– Ты же не возгордилась. Не похоже что-то.

– Ладно. – Оля вздохнула. – Если уж пытками грозишь, то скажу, что ты в общем-то девчонкам приглянулся. Солидный, говорят. – Она фыркнула. – Обстоятельный, представь себе.

– И все?

– Ага. Мы же не успели как следует посплетничать. Ты вернулся. – Девушка взглянула на него и спросила с любопытством: – А как они тебе?

– Они мне тоже глянулись.

– Не настолько, чтобы я ревновала?

– А ты ревнивая? Что-то я раньше за тобой такого не замечал.

– Так это я к прошлому не ревную, – сказала она и усмехнулась. – Потому что это бессмысленно и глупо. А к настоящему – запросто.

– Успокойся, – произнес он весело. – И в мыслях нет. Они же для меня чужие, и у них все хорошо, ты сама говорила. Пойдем?

Алексей обнял ее за талию. Они вышли на проспект и повернули в сторону ее дома. Эта парочка ничем не выделялась на фоне изрядного множества других, точно таких же, обнявшихся, а то и целовавшихся с таким видом, словно на свете не было никого, кроме них.

– Леша, – сказала она вдруг. – У меня через два дня день рождения. Послепослезавтра, в воскресенье. Я тебя приглашаю. Народу будет немного – Майка с Таней со своими, родители и дедушка. Я и думать не хочу, что ты не пойдешь. Что вздыхаешь?

– И еще наверняка Демон.

– Ну конечно, куда ж ее деть? Ты не волнуйся, в таких случаях она тихая. – Оля усмехнулась. – И надутая. Потому что мама ей пить не разрешает, говорит, рано. Сидит, цедит газировку и, сразу видно, сожалеет о том, что не может ничего воспламенить взглядом. Как у Стивена Кинга. Читал?

– Ольга Петровна, – сказал он с усмешкой. – Читал ли я Кинга? Да он главное сокровище моей библиотеки. Ага, у меня и библиотека есть, аж из трех полочек. Остатки маминого культурного влияния. Точнее сказать, то, что ему категорически противоречило. Что ты так смотришь? Строители тоже книжки читают, хотя и довольно редко. Времени все же мало.

– Поэтому опять вздыхаешь?

– Да нет. Заранее представляю, что буду объектом самого пристального внимания твоих мамы и папы. Ведь это неизбежно, да?

– Подозреваю, что ты совершенно прав, – заявила Оля. – Ты не переживай, я тебе на помощь приходить буду в критические моменты, если они возникнут. А дедушки ты, значит, не боишься?

– Когда это один погранец другого боялся? – браво сказал он. – Мы общий язык найдем, точно тебе говорю.

– Леша, только уговор. Не надо мне дарить ничего дорогого. Заранее предупреждаю. Обижусь. А то знаю я твои купеческие замашки!..

– Да какие замашки? – Он вполне искренне усмехнулся. – Подумаешь, посидели мы с тобой пару раз в хороших ресторанах. Это еще не замашки.

– Все равно. Ничего дорогого, обещаешь?

– Обещаю. Чтоб мне в жизни ничего не строить.

– Вот это мне нравится. Убедительно. С чувством сказано. Только возьми гитару, ладно? А то дедушка вчера на свою упал, будучи в некоторой потере равновесия. А попеть он очень даже любит.

– Сделаем. Знаешь что? Есть встречное предложение. Завтра хоть и пятница, однако у меня почти весь день свободен. Проедусь по объектам с утра и как та птичка. Предлагаю новое экзотическое свидание.

– Это какое же? – с большим интересом спросила Оля.

– Гастрономическое, – ответил он. – Ты приезжаешь ко мне, и я тебя потчую всякими изысками. Между прочим, собственного приготовления. Какое еще хобби может быть у повара? Честное слово, ты язык проглотишь.

– Звучит очень заманчиво.

– Что ты замешкалась? Оля, я наш уговор помню.

– Да я не о том. Если изыски, то надо же приехать пораньше, тебе помочь.

– Ольга Петровна! – заявил он прямо-таки грозно. – Чтобы я от тебя такого больше в жизни не слышал! Настоящий повар без женской помощи обойдется. Я за тобой пошлю дядю Мишу, и он тебя привезет на готовенькое. Иначе не будет никакого сюрприза, если ты помогать возьмешься. Договорились?

– Договорились. Вообще-то так даже интереснее.

– Вот и ладушки, – сказал он. – Твои вкусы я уже примерно знаю. Надо, чтобы было горячее, но не с пылу с жару. Морепродукты тоже приветствуются. Учтем.

– Намекни хоть.

– Ничего подобного, – твердо проговорил Алексей. – Иначе какой же это будет сюрприз?


Через часок он покинул гостеприимный подъезд, перед этим как самый что ни на есть приличный человек не забыл вкрутить лампочку. Алексей без труда поймал такси, ехал домой и на сей раз думал совсем о другом.

«Да, у меня возникла нешуточная проблема, требующая срочного решения. Нужен подарок. Он должен быть недорогим, но запоминающимся, уж это безусловно. Все эти позиции кровь из носу надо состыковать, чтобы получилось гармонично. Если бы еще точно знать, какой именно презент доставит удовольствие Ольге. Выручай, пограничная смекалка!..

Порасспрашивать Майку или Таню? Отношения с ними у меня вроде бы наладились. Уж старые подруги обязательно должны знать.

Так, это стратегия, а если перейти к тактике… Оля говорила, что им обеим гражданский муж и постоянный друг купили по машинке. Значит, нужно подъехать раньше, пока не закончились пары, и высматривать их на стоянке.

И стратегия, и тактика подходящие. Такой план действий заслуживает одобрения.

Вот только в голове еще что-то крутится. Оля сама это говорила. Надо напрячь тренированную память пограничника и строителя. И тому и другому многое приходится держать в голове.

Оба-на! А это уже не стратегия и не тактика, а идея, вполне реальная и далеко не самая глупая».

Он достал телефон. В Шантарске уже половина первого ночи, но если учесть разницу во времени с Питером, получится самое то.

Он набрал номер.

Костя откликнулся после третьего гудка:

– Здорово, Леха!

Судя по голосу, Алексей вряд ли оторвал друга от чего-то серьезного.

– Здорово! – сказал Алексей. – Я тебя от важных дел не отвлек?

– Нет, пустяки. Самое важное на сегодняшний вечер дело еще долго в ванной плескаться будет. Ты чего не спишь? У вас там уже черт-те сколько натикало.

– Помощь нужна, Костян, – сказал Алексей. – Причем позарез. Я не говорю, что прямо сейчас, но вот завтра с утреца было бы прекрасно.

– Ну, если позарез, то сделаем, – отозвался старый сослуживец. – У нас?

– А чего же я тебе звоню?

– Излагай подробненько, – сказал Костя, не задав ни единого вопроса. – Медного всадника в посылку запихнуть не смогу даже для тебя, но что попроще сделаю без проблем.

Разговор уложился минут в десять. Когда они попрощались, настроение у Алексея подпрыгнуло не до небес, но где-то близко к тому. Уж если бывший сослуживец обещал, то проблемы можно считать решенными.


Военный совет – так его давным-давно поименовала Майка, и это название прижилось – собрался на обычном месте, на лавочке, стоявшей на невысоком обрыве, над сосняком и грибной прогалиной.

– Ну, давай, садись посередине, – сказала Майка Оле. – А мы по сторонам, будем твоей довольной физиономией любоваться. Наконец-то и у тебя жизнь наладилась, а то прямо неудобно как-то было.

– Ох, девчонки. – Оля вяло улыбнулась. – Я еще и понятия не имею, наладилась она или нет.

– Вот те нате, черт из-под кровати, – выдала Майка с нешуточным удивлением. – Что случилось? Поссорились из-за пустяков каких-нибудь?

– Да ничего подобного. Просто полная неизвестность, и все дела. Я еще не знаю, что у нас с ним получится. Может, и ничего. Так до конца и не решила.

– Вот оно что, – протянула Таня. – Это надо понимать так, что не в нем, а в тебе дело?

– Да вроде того.

– Ни фига не понимаю. С ним все ясно, мы ж видели, как он на тебя смотрел, когда вы медляк танцевали. Алексей тебе нравится?

– Очень, – призналась Оля, глядя на землю, усыпанную листьями.

– Вот, даже очень. Давай разбираться. В постели что-то не срослось?

– Да нет, – сказала Оля. – Я с ним вообще еще не спала. Только в подъезде целуемся.

– Вот оно что – повторила Таня. – Интрига запутывается. Он тебе нравится очень. Ты ему, ясен пень, – чертовски. Сколько вы уже знакомы?

– Так… Шестнадцать дней.

– И холостой, ты сама говорила. Оля, что на тебя нашло? Извини за прямоту, но ты ж сама говорила, что никогда дольше недели ножки сдвинутыми не держала. Я в тоске, потому что ничего не понимаю. По подъездам она целуется, как пятиклассница. С восемнадцати лет с парнями спишь. Откуда вдруг такое целомудрие? Кто-то другой появился на горизонте?

– Да никого.

Таня напористо продолжала:

– Оля, что же тогда с тобой происходит? Мы ведь не базарные кумушки, а старые подруги, привыкли ничего друг от друга не скрывать. Отличный мужик тебе попался. Вы друг другу ох как нравитесь. Ты тоже на него смотрела совсем не как монашка. Кошке ясно, что вам надо. Классный мужик, солидный, зарабатывает очень даже неплохо.

– Ну, это уже что-то меркантильное вырисовывается, – сказала Оля.

– Меркантильное? – Майка совершенно по-кошачьи прищурилась и заявила: – В жизни не поверю, будто ты думаешь, что я со Степой из-за бабок живу. Или думаешь?

– Майка, да никогда.

– Верю, – сказала Майка. – Уж я-то тебя за десять лет изучила от и до, знаю, когда врешь, когда нет. И про Танюшку так не думаешь?

– Нет, конечно.

– Ну, тогда тебя понесло куда-то не в ту степь. Оля, у тебя впервые в жизни настоящий мужик появился. По буквам повторить? Не ровесник. Мы тебя сколько раз отговаривали с малолетками связываться?

– Кучу, – сердито бросила Оля.

– И что, не правы были? Когда я говорила, что Алексей зарабатывает, имела в виду, что он сам это делает, не просит на кино или дискотеку денег у папы с мамой. Этот твой Алеха – взрослый человек, Оля. У тебя, прости за откровенность, не было никогда ни мужика, ни настоящих отношений. Одни ровесники, хомячки диванные да тусовки. Ничуть не более того. Я уж про козла Вадьку не говорю, от которого мы тебя хором отговаривали. Ты не послушалась. И чем кончилось? У тебя впервые появился мужик из взрослой жизни, настоящий. И вы ведь, главное, друг другу нравитесь не на шутку, слепому видно. Он что, ни разу не пытался?..

– Пытался. Я сказала, что пока не готова.

– А он?

– Сказал, что подождет, когда буду готова.

– Так и ждет?

– Да, так и ждет, – ответила Оля, стараясь не смотреть на подруг.

– Золотой мужик, – сказала Майка. – Значит, крепко он на тебя запал. Хотя бы это тебе ясно?

– Ясно, я же вижу. Я и сама бы…

– Ну так в чем тогда дело? Можешь ты нормально объяснить? Потому что я тебя не понимаю, хоть убей. Таня, а ты? Тоже нет. Ну вот!.. Оля, да объясни ты толком! Мы же не журналюшки какие-то, не интервью у тебя брать пришли. Мы, если ты запамятовала, старые подруги, хотим, чтобы у тебя наконец-то жизнь наладилась. Во всех смыслах. Уж ты-то далеко не дура. Должно быть какое-то объяснение. Ни за что не поверю, что у тебя его нет.

– Да есть, кажется, – сказала Оля.

– Вот и колись. Перед лучшими подругами не стыдно.

– Да просто мне страшновато, – призналась она. – Не на шутку. Боюсь, да и все тут. И ничего пока с собой поделать не могу.

– Почему?

– Потому и боюсь, что дело идет к отношениям, – сказала Оля и решилась наконец-то поднять глаза на подруг. – Девчонки, вы чистую правду говорите. Я и сама так думала. Не было пока в моей жизни отношений. Одни тусовки. И мужик встретился впервые. Из какой-то другой жизни пришел. Вот и боюсь.

– Чего? Ну, говори! – Майка не только щурилась как кошка, Ольге казалось, что она вот-вот зашипит. – Бесит меня, когда я чего-то не понимаю. Уж ты-то это знаешь.

– Ну ладно. Начнутся отношения. А вдруг он наиграется и бросит? Я себе тогда точно вены резану, честно. Мне тут объяснили. Резать нужно вдоль, а не поперек, тогда все получится. Главное, чтобы быстро не нашли. Говорят, это как засыпаешь.

– Не дуркуй. Этот не бросит.

– Майка, ты его два часа в жизни видела, от силы три.

– Ну и что? – отрезала Майка. – Бывают такие мужики. На него посмотришь, и все с ним тут же ясно. А другого и за год не раскусишь, потом только будешь волосы на себе рвать. Тебе вон три месяца понадобилось на то, чтобы разобраться, что Вадька – последний козел. А я в первый же вечер, когда вас вместе увидела, сказала, что наплачешься ты с ним. И Таня то же самое говорила. Что, нет у нас чутья на мужиков? Мы не раз тебе толковые советы давали. Вот и сейчас даем. Брось дурочку валять. Делай то, что вам обоим хочется. И будет только хорошо. Как тебе, так и ему.

– Пытаюсь, – с бледной улыбкой сказала Оля. – Шаг за шагом, понемножку.

– Только сильно не тяни, – без улыбки сказала Майка. – Такие мужики на дороге не валяются.

– Я знаю. Пытаюсь, как уж могу, себя с тормозов снять. Такое впечатление, что тут какой-то толчок нужен.

– Бывает, – ничуть не удивившись, сказала Таня. – Со мной как-то что-то похожее случалось. Только ищи толчок побыстрее, не тяни. Пока искра в землю не ушла.

– Попытаюсь, – сказала Оля вовсе не безнадежным тоном.

Удивительно, но после выволочки, устроенной подругами, ей стало как-то легче.

– А про вены и думать забудь, – наставительно сказала Майка. – Их только истерички режут, а уж ты совсем не такова. И не бросит он тебя, не хнычь заранее.

– Попытаюсь, – повторила Оля.


Лист 5 | Месяц надежды | Лист 7