home | login | register | DMCA | contacts | help | donate |      

A B C D E F G H I J K L M N O P Q R S T U V W X Y Z
А Б В Г Д Е Ж З И Й К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Щ Э Ю Я


my bookshelf | genres | recommend | rating of books | rating of authors | reviews | new | форум | collections | читалки | авторам | add

реклама - advertisement



Глава XII

И кавалькады в чаще

Если не считать некоторых отличии в одежде, здешняя большая королевская охота практически ничем не отличалась от тех, в которых Сварог участвовал наверху. Разве что нет ни единой дамы. Все остальное знакомо до скуки: кавалькады всадников в охотничьих нарядах, на разные лады трубят егеря, псари, ловчие хищных птиц, азартно лают и натягивают поводки собачьи своры…

Сварог держался в сторонке, согласно инструкциям барона: еще один никому неизвестными дворянчик, в виде милости за какую-то услугу приглашенный на королевскую охоту. Никто не обращал на него ни малейшего внимания, разве что иные косились заносчиво. Издали он видел короля с обоими принцами — ну что же, вид вполне королевский, осанист, гордая посадка головы, тяжелая непроницаемая физиономия. Принц Хаутил — красавчик, чем-то хищным в лице напоминавший герцога Орка. И наконец Кауген, и здесь ухитрявшийся выглядеть растяпой, впервые в жизни взобравшемся на благородного охотничьего коня — не переигрывает, но держится в образе, стервец…

Все шло, как обычно — углубившись в чащобу, кавалькады очень быстро рассыпались в разные стороны: кто-то пустил гончих по следу оленя, кто-то поскакал вслед за стаей собак посерьезнее, мощных кабанятников с обрезанными ушами и хвостами, в шипастых ошейниках и наполовину закрывавших тело кольчугах, кто-то умчался с соколами с колокольчиками на лапках. Наступил момент, когда никто толком ни за кем не может следить, каждый увлечен своей дичиной.

Вскоре Сварог — кому до него было дело? — остался в полном одиночестве там, где и условился с принцем — возле глубокого бочага, окруженного огромными заплесневевшими корягами. Звук труб и рожков, заполошный лай собак понемногу стихли; и конь, наконец, успокоился, перестал прядать ушами и рваться вслед за уносившейся охотой. Закинув его поводья на одну из коряг, Сварог высмотрел себе пенек посуше, уселся и закурил, на всякий случай расстегнув верхние пуговицы камзола так, чтобы моментально выхватить пистолет. Мало ли какая новая интрига могла обнаружиться — их тут, он успел убедиться, что опят на пне…

Слева, в лесу, послышался топот копыт — один-единственный конь шел рысью. Сварог спокойно ждал, держа ругу поближе к оружию. Потом убрал: на поляне показался принц Кауген, неуклюже спешился, оглядевшись, привязал гнедого к той же коряге, что в качестве коновязи выбрал Сварог, подошел и коротко раскланялся. Сварог подвинулся, освобождая ему часть сухого широкого пенька. Принц уселся без всяких церемоний — все тот же простак на вид, чуть ли не с соломой в волосах и ясным, незамутненным взором недотепы. «Великий артист пропадает», — фыркнул про себя Сварог…

Принц произнес с безмятежным видом:

— Тысячу раз простите, но мне крайне важно прежде всего прояснить одно деликатное обстоятельство… Вы, часом, не питаете ко мне злобы за ту историю с королевой Сегура? Вы же сами видели, она ушла со мной по своей воле…

— Не питаю, — кратко ответил Сварог.

— Рад слышать. Я боялся, что это может осложнить наши деловые отношения… а время меж тем поджимает. — он глянул на Сварога как-то незнакомо, цепко. — Вы готовы уже завтра перестрелять дэнго или у вас свои планы?

Сварог с очаровательной улыбкой ответил:

— Да мне как-то, знаете, все равно. Ну, а Восемь Семейств? Обычай мести и все такое?

Принц жестко сказал:

— Можете быть уверены: о них позаботятся моментально, едва все… произойдет. Все подготовлено! И не только это.

«Интересно, — подумал Сварог. В точности повторение слов графини — и ведь он не врет… О двух акциях пойдет речь или об одной? Не исключено, что как раз доверенные лица принца и действуют среди Золотых, Волчиц самого-то его графиня искренне считает никчемным простаком».

— Давайте внесем полную ясность, — сказал принц, — Это у дэнго какие-то грандиозные планы на земле, пусть и не на самое близкое будущее. А я… Нет, я честолюбив, но не хочу впутываться в достаточно сложный) как я понимаю, механизм земной жизни: Я хочу быть обычным земным королем, таким же, как прочие — императорские балы, охоты, стократ превосходящие размахом наши, все прочее… Собственно, мне не так уж и много нужно от жизни. Завоевательных порывов полностью, лишен. Верите?

— При чем тут вера? — пожал плечами Сварог. — Я просто знаю, что вы мне сейчас не врете.

— Да, я слышал краем уха об этой вашей способности.

Кстати… кстати, очень полезная для королей способность. Ей, интересно, нельзя как-то научиться?!

— Увы, нет, — с тенью злорадства сказал Сварог. — На это способны только лары.

— Жаль… — сказал принц. — Вам понадобится оружие?

— Нет, спасибо. Своего достаточно. Одно слегка беспокоит: представления не имею, где они намерены завтра назначить мне встречу. Придется работать в незнакомом месте, а это всегда чуточку усложняет задачу…

— Ну почему же в незнакомом? — сказал принц где-то даже весело. — Встречу они вам назначат в том самом моем загородном дворце, где вы уже несколько дней имеете честь обитать. Как уже случалось несколько раз, — он заулыбался еще веселее: — Дворец растяпы и простака принца Каугена — последнее место, которое можно связать с заговорами и тайнами. Весь Токеранг знает, что там исключительно пьют, блудят и прожигают жизнь, как могут… Ну что, это облегчает дело?

— Безусловно, — сказал Сварог. — Как насчет стрелков за портьерами и других мер предосторожности?

— Никаких, — уверенно сказал принц. — Они чуточку расслабились и считают, что у меня, болвана, совершенно безопасно, — он чуть посерьезнел. — Конечно, среди моих, гвардейцев и лакеев могут оказаться их люди, даже наверняка, но вряд ли в особенно уж большом количестве. Да, и я предпринял кое-какие меры — буду держать поближе тех, кому доверяю полностью. Я, конечно, не умею, подобно вам, отличать правду от лжи, но есть всякие проверки… В общем, когда все начнется, мои люди займут ту самую часть, замка. А что до Восьми Семейств — как я уже говорил; все готово… — он словно расслабился на миг, произнес мечтательно: — Ключи от Машины Последнего Дня, все восемь… У кого они в висят на шее, тот и будет владыкой Токеранга. Вам, право, не понять, вы здесь пришелец…

— Может, если вы уж столько знаете, вам известно, где расположена Машина Последнего Дня?

— К сожалению, нет, — вздохнул принц.

Вр-рал, стервец! Прекрасно знал! Хочет придержать в рукаве, как лишнюю козырную розу, а? Очень похоже — наверх-то ему хочется искренне…

Принц улыбнулся:

— Но какое это имеет значение? Во-первых, легко пустить слух, что и она в моих руках, а во-вторых, без ключей она полностью бесполезна для кого-либо другого, пусть даже он точно знает, где она стоит… Ну, а когда разойдется слух, что я завладел машиной, будет легко избавиться от самых нежелательных персон… да и выход наверх пройдет как нельзя более гладко. Разумеется, нам еще многое нужно будет обговорить, но это потом…

— Есть у меня вопрос, то ли нескромный, то ли циничный, — сказал Сварог. — А как на этакие новшества посмотрят ваш уважаемый батюшка и старший брат.

Вполне. Мне отчего-то кажется, что этакие новшества им крайне не понравятся. Но и на этот счет разработаны некоторые меры… о, не смотрите на меня так. Я не чудовище, чтобы проливать родную кровь. Просто-напросто давным-давно существуют и акты об отречении, и парочка уединенных замков, откуда очень трудно выйти. Вас не коробит такой образ мыслей?

— Ну что вы, — сказал Сварог ему в тон. Давненько уж тружусь королем, ко всякому притерпелся…

— Прекрасно, — сказал принц чуть ли не растроганно, — я вижу мы без труда найдем впоследствии общий язык…

— Надеюсь, — сказал Сварог.

— Хотите полезный совет? — спросил Принц. — Стреляйте непременно в голову. У них всегда надеты Под Мантиями кольчуги, защищающие даже от автоматной очереди в упор.

— Я учту, — серьезно сказал Сварог.

— И еще. Первым непременно стреляйте в Лог Дерега. Это и есть главный источник опасности. По крайней мере, для меня — точно, вы-то ему нужны… пока.

— А что с ним не так? — небрежно спросил Сварог.

Принц помолчал. Пожалуй, его лицо явственно омрачилось…

— Не очень-то приятно о таком говорить Меж мужчинами… — сказал он наконец. — Ну, да после истории с королевой Сегура мы с вами оказались почти что в равном положении. Да, именно так. v Только вы промаялись всего одну ночь, а мне приходится терпеть уже четыре месяца… Я человек легкомысленный, но у меня; вот уже больше года есть постоянная подруга. Я ее не люблю по-настоящему, как и вы наверняка не любите королеву, но это если можно так выразиться, словно бы часть меня. Вы ведь знаете, как это бывает? Вот видите. Очень Неглупая девочка. И мечтает стать если не Королевой, то принцессой: Ну; почему бы и нет? Очень уж я к ней привязался… Вот только четыре месяца назад на нее крепенько положил глаз Лог Дерег. И стал откровенно преследовать, — он отвел взгляд. — Вы знаете, я… Я прекрасно знаю, что у барона, несмотря на его Железный характер, есть единственная слабость — красивые девушки. И с ними он порой бывает откровенен, — как никогда. Маленькая слабость, свойственная и железным людям. Вот я и решил это использовать; — он глянул в глаза Сварогу с вызовом. — Думаю, не вам меня осуждать?

«И не собираюсь, — тихо сказал Сварог. Поскольку сам был не без греха — дорога королей…»

— В общем, я откровенно поговорил с Иленой, — сказал принц; — Не особенно тяжелый был разговор, но все же неприятный. Для любого нормального мужчины на моем месте. Она умница, она все поняла… И с тех пор пару ночей в неделю проводит с ним. Мои мысли и ощущения вам должны быть понятны… — он поднял голову, глаза сузились. — Очень долго все было впустую. Но аккурат перед вашим прибытием у них состоялся интересный разговор. Он и до того не раз предлагал ей выйти за него замуж, видимо не на шутку размяк, те самые слабости железных людей… Кстати, особенно умной он ее не считает, она большей частью разыгрывает простушку под пару мне, и получается у нее неплохо… Когда она в очередной раз отказала, он кивнул с таким видом, словно ему все понятно: «Простой титул баронессы, даже вошедшей в одно из Восьми Семейств, тебя не устраивает, а? Рассчитываешь стать принцессой?» Она невинно похлопала глазками и ответила: почему бы и нет? Тогда он сказал совершенно хладнокровно: «А как бы ты посмотрела на то, чтобы стать королевой Токеранга? Земного Токеранга?» Она уставилась еще более наивно: вы хотите сделать Каугена королем Токеранга? Барон ухмыльнулся так, что у нее, она потом жаловалась, мурашки пошли по коже: «При чем тут этот придурок? Я вовсе не о нем. Ты когда-нибудь слышала, что престол доставался не по праву наследования, а по твердости руки и решимости?» Тут только она сделала вид, что до нее стало туго-туго доходить, и спросила: неужели вы о себе, Альтерат? «А почему бы и нет? — сказал он спокойно. — В конце концов, наш род древностью не уступает этим, что сейчас на троне… Или подобное первый раз случалось?» И долго живописал ей все прелести земного королевского бытия. В конце концов, она прикинулась, что задумалась всерьез. Но потом очень робко спросила: а разве дэнго такое допустят? Он снова усмехнулся так, что Илене стало зябко, и преспокойно сказал: «В конце концов, дэнго — не более чем люди, а люди смертны…» Прямо-таки волчья, она говорит, была улыбочка. Ну, она повела себя правильно: стала лепетать, что все это очень привлекательно, но страшно связываться со всемогущими дэнго. «А уж об этом, милая, тебе беспокоиться как раз не следует, — сказал он, улыбаясь уже не жутко, а где-то даже беспечно. — Это я беру на себя — и могу поклясться гербом, что все пройдет прекрасно. Будет такая ситуация…» Потом еще какое-то время расписывал ей блеск земных королевских дворов, императорские балы, где они смогут бывать… Полеты в небе, морские прогулки, прочие удовольствия, о которых она сейчас представления не имеет… В конце концов Илена сделала вид, что он ее уболтал, и только порой робко напоминала о всемогущих дэнго — а он уверял, что беспокоиться не о чем, все решено и готово. А уж наверху он сможет развернуться на славу, так, как она себе и представить не может…

«А что же будет с Каугеном? Со всем королевским семейством?»— спросила она. Он усмехнулся: «Тебя так волнует судьба этого дурачка, все достоинства которого заключается в короне наследного принца? Или судьба его папаши с братцем?» И напоследок самым милым голосом пообещал перерезать ей глотку, если она хоть о кому-то проговорится, в первую очередь мне. Назавтра она мне все рассказала, хоть ее при этом и трясло от страха.

— Интересные дела, — сказал Сварог медленно. — Вы знаете его гораздо лучше меня. Это, часом, не пустая бравада?

— Когда речь идет о бароне — вряд ли, — сказал принц. — Всем известно, что он честолюбив неимоверно. От него этого вполне можно ожидать — договорится с вами, что погибнут не восемь, а семь, разделаться с их семействами, с нашей фамилией.

И в глазах у него, где-то глубоко, мелькнул страх — что ж, он вполне мог подозревать, что Сварог с бароном уже договорились, и жить принцу осталось всего ничего… Зря.

Вот уж кто категорически не нужен был бы в случае чего Свароху в качестве короля, земного Токеранга — так это барон. Уж этот, получи он такую возможность, и в самом деле развернулся бы на славу…

— Ну что же, — сказал Сварог. — Хорошо, что предупредили. Значит, завтра именно барон получит первую пулю. Давайте играть с открытыми картами, принц. Вы меня вполне устраиваете в качестве короля земного Токеранга, а вот барон — категорически нет. Ни к чему мне там, на Таларе, ярые честолюбцы… Слово короля.

Принц облегченно вздохнул, постаравшись сделать это незаметно. Сварог сказал:

— И еще одно обстоятельство…

Замолчал, повернул голову на заполошный стук копыт, приближавшийся со стороны, противоположной той, откуда они с принцем приехали. Трещали ветки — к ним галопом мчалось несколько всадников. Уже через пару секунд они показались на поляне — трое субъектов в мундирах, как уже знал Сварог, министерства двора. Слетев с седел, как мешки, совершенно не заботясь о лошадях, они наперегонки кинулись к сидящим. Оружия при них Сварог не заметил.

Принц чуточку побледнел — но передний, оскальзываясь во влажной траве, добежав до них, с размаху рухнул на колени:

— Ваше величество! Ваше величество!

Сварог чуточку опешил от удивления. Принц очень медленно словно с тяжелым мешком за плечами, поднялся с пенька и каким-то безжизненным голосом осведомился:

— Что случилось?

Теперь уже все трое стояли на коленях во влажной траве — бледные, лица перекошены от страха.

— Ужасное несчастье, ваше величество! — пролепетал один. — Злодейское покушение! Заговор! Ваш отец и брат только что убиты прилетевшими из чащобы Стрелами. Отныне вы — король!

Покосившись на свежеиспеченного короля, видя безграничное изумление на его лице, Сварог подумал: нет, это не ты, при всем твоем таланте лицедейства так не сыграть. Здесь что-то другое: то ли Золотые Волчицы вступили в игру раньше, Чем собирались (не дождавшись смерти дэнго!? плохо верится…), либо, что вероятнее, барон решил пришпорить события…

Поблизости, со всех сторон, ревели рога, и это уже напоминало не охотничьи сигналы, а боевые трубы.


Глава XI Волчицы | Вертикальная вода | Глава XIII Ключи последнего дня